Уоррен Баффет и Билл Гейтс

В уходящем году состоялось беспрецедентное слияние: богатейшие люди мира, Уоррен Баффет и Билл Гейтс сложили каждый по тридцать миллиардов. Получился крупнейший благотворительный фонд в мире.

Деньги текут к деньгам. Мы догадывались об этом задолго до того, как первый раз услышали про слияния и поглощения. Теперь жизнь только подтверждает это правило: Уоррен Баффетт, второй самый богатый человек в мире, передал около $30 миллиардов в благотворительный фонд, возглавляемый первым богачом, Биллом Гейтсом. Значит, не только для приумножения текут большие деньги друг к другу? И кто эти люди, так щедро решившие помочь миру?

С рождения Билли пай-мальчиком был

Уильям Генри Гейтс III, более известный как Билл Гейтс, родился в Сиэтле, штат Вашингтон, в семье адвоката и школьной учительницы. Родители отправили его в самую привилегированную частную школу Сиэтла «Лэйксайд», где ему было страшно скучно, и где он так волынил, что родители забеспокоились и отправили мальчика к психиатру. На приеме он впервые произнес фразу «Это самая большая глупость, которую я когда-либо слышал!», которую сегодня часто говорит на заседаниях в «Майкрософте»; тогда же приобрел привычку раскачиваться стоя.

В 12 лет пристрастился к компьютерам, на которых ему разрешали заниматься бесплатно, лишь бы он находил способы их выводить из строя. А еще через год, в тринадцать, вместе с приятелем Полом Алленом он написал и продал школе свою первую программу.

После Гейтс поступил в Гарвард, где ему опять было скучно, и на третьем курсе он бросил университет. Но пока учился, все с тем же Полом Алленом, Гейтс написал транслятор BASIC для Altair 8800, первого коммерческого компьютера, команды в который вводились щелканьем тумблеров. Они получили от MITS, компании разработавшей Altair 8800, $3000 за софт плюс отчисления от продаж.

В 1975 году Гейтс основал предвестника «Майкрософта» на паях с Алленом: у Гейтса было 60% акций, у Аллена 40%; Гейтс вложил $910, Аллен – $606. Годовой оборот компании составил фантастическую сумму – $16005.

Когда права компании MITS на BASIC истекли и «Майкрософт» получил право продавать его кому угодно, дела резко пошли в гору. Вдохновленный годовым оборотом в $381 тысячу, Гейтс так сильно разогнался по пустыне Нью-Мексико на своем первом «Порше», что на сутки попал в тюрьму – единственное темное пятно в биографии Гейтса, во всем остальном законопослушного гражданина и примерного семьянина.

Два года спустя будущий кандидат в президенты Росс Перо хотел купить «Майкрософт», но Гейтс запросил слишком много, и сделка не состоялась. Перо всю жизнь потом считал своей самой большой ошибкой, что не согласился на цену Гейтса. Еще бы – ведь в 1984 году оборот компании дошел до $100 миллионов, и это с учетом того, что обещанный выпуск революционной Windows откладывался до конца 1985 года. Тогда Гейтс появился на обложке журнала «Тайм» в первый раз.

Имел Билли хобби – он деньги любил

Через год акции «Майкрософта» начали обращение на бирже, и мир узнал, что у Билла акций на $310 миллионов. Через два года ценные бумаги «Майкрософта» подросли втрое, и Гейтс в 31 год стал миллиардером. А еще 11 лет спустя он стал первым человеком в истории, чье состояние оценивалось больше, чем в $100 миллиардов.

Журнал «Тайм» включил Гейтса в список 100 самых влиятельных людей 20-го века, а также в список 100 самых влиятельных людей трех последних лет – кроме него подобных почестей удостоилась лишь Опра Уинфри. Зато в ее честь, в отличие от Гейтса, энтомологи не назвали цветочную мушку Eristalis Gatesi, да и королева Елизавета II не вручила Опре титул Рыцаря-Командора Ордена Британской Империи, который достался Гейтсу за его вклад в деловую жизнь Великобритании.

Вот уже 12 лет он возглавляет список самых богатых людей мира согласно журналу «Форбс», несмотря на то, что акции «Майкрософта» в последнее время упали в цене и теперь у Гейтса «всего» $50 миллиардов. Сейчас ему приходит несколько миллионов электронных посланий в день, разборкой которых занимается специальный отдел, и в большинстве из них ему предлагают помочь расплатиться с долгами или быстро разбогатеть.

Если не считать напичканной электроникой усадьбы на берегу озера Вашингтон, стоимостью в $125 миллионов, и собрания работ Леонардо да Винчи, которое Гейтс приобрел на аукционе за $30 миллионов и которое с 2003 года выставлено в Музее Искусств Сиэтла, то в развязном транжирстве Гейтс замечен не был. Наоборот, он один из самых примерных филантропов и с 2000 года пожертвовал на разные благотворительные цели около $30 миллиардов через созданный вместе с женой Фонд Билла и Мелинды Гейтс. При этом Гейтс, похоже, агностик. Когда его спросили, верит ли он в Бога, Гейтс ответил: «У меня нет никаких фактов, свидетельствующих о нём». 15 июня 2006 года Билл Гейтс заявил о намерении с июля 2008 года уйти с поста Председателя совета директоров «Майкрософта» и целиком посвятить себя деятельности Фонда.

Фонд Гейтсов – самая большая благотворительная организация в мире, располагающая $29 миллиардами для борьбы с бедностью и болезнями в развивающихся странах и обустройство школ и компьютеризация библиотек на родине. Фонд оплачивает расходы по выработке новых вакцин, которые уберегли от полиомиелита, желтой лихорадки, дифтерии по меньшей мере 700 тысяч жителей беднейших государств, помогает пострадавшим от землетрясений и стихийных бедствий, оплачивает исследования по выведению новых сельскохозяйственных культур.

Легендарный капиталист

В этот Фонд и решил перечислить две трети своего 44-миллиардного состояния второй богач мира Уоррен Баффет. О каких деньгах идет речь? Ну, например, столько же тратят вместе в год правительства 40 самых бедных государств мира. Или для сравнения, ЮНЕСКО располагает годовым бюджетом в 610 миллионов долларов, а ООН в год тратит на все про все 12 миллиардов. Теперь объем Фонда Билла и Мелинды Гейтс практически удвоится и он будет в состоянии выделять до 6 миллиардов в год на искоренение СПИДа, малярии и туберкулеза в странах третьего мира и на другие благие цели

Чем же собственно занимался Уоррен Баффетт, что смог заработать такие деньги? 75-летний Баффет – один из самых удачливых в мире инвесторов. Сын американского конгрессмена, он начинал маклером ценных бумаг, покупая и продавая паи в других компаниях, и впервые сыграл на бирже в 11 лет. В 14 он купил небольшую ферму и сдал ее в аренду. В 1965 он приобрел обанкротившуюся текстильную компанию “Беркшир Хатауэй”, которую и преобразовал впоследствии в инвестиционную. Сегодня это гигантский холдинг, владеющий другими компаниями частично или целиком.

Во многом этот легендарный капиталист отличается от других супер-богатеев. Непокорные седые волосы и массивные старомодные очки делают его похожим на классического американского дедушку 50-х годов с картин Нормана Роквелла. На посту председателя совета директоров “Беркшир Хатауэй” он положил себе оклад чуть больше $100 тысяч в год и, таким образом, является самым низкооплачиваемым руководителем среди менеджеров двухсот крупнейших компаний Америки.

Но ему хватает: уже 40 лет он живет в одном и том же доме в Омахе, штат Небраска, ездит на старой машине и носит старомодные костюмы. Да и в благотворительности Баффет не новичок: уже несколько лет он выставляет на интернет-аукционе “и-Бэй” право пообедать с собой и набраться мудрости от инвестиционного гения. Стоимость ужина доходит до нескольких сот тысяч долларов. Собранные средства передаются в “Глайд фаундейшн” – организацию со штаб-квартирой в Сан-Франциско, которая оказывает помощь нищим и бездомным.

Что же несет миру слияние двух благотворительных капиталов с таким фантастическим количеством нулей? Принимая дар Баффета на церемонии в Нью-Йоркской публичной библиотеке в июле 2006 года Гейтс от лица их обоих сказал фразу, которая может показаться соответствующим случаю клише, но, учитывая незаурядность момента, привлекает внимание: «Наша обязанность перед обществом – вернуть ему это богатство». Следует ли из этого, что Билл и Уоррен всю жизнь брали, теперь им стало неловко, и они хотят поделиться?

Дело Карнеги живет

Очевидно, что огромное богатство влечет за собой ряд особых политических, экономических и этических проблем. Как примирить тщетные попытки истратить море денег за пусть очень длинную и бурную жизнь миллиардера с тем, что в Африке дети тысячами умирают от излечимых болезней? Как использовать гигантские состояния на сокращение неравенства между имущими и неимущими, не подрывая основ свободного предпринимательства и конкуренции, которые сделали возможным возникновение этих состояний? Как при таком богатстве сохранить адекватное восприятие реальности, отношения с людьми и вырастить нормальных детей?

Первым в американской истории об этом задумался металлургический магнат Эндрю Карнеги. Он безжалостно эксплуатировал своих рабочих, грязными способами избавлялся от конкурентов, но внес огромный вклад в развитие железных дорог и военно-морского флота страны. Перекрытия легендарных навесных мостов были отлиты на его заводах. В начале 20-го века он отдал все свое состояние в 350 миллионов на строительство 2500 библиотек. Правда, может быть Америка выиграла бы больше, вложи он эти деньги в другие начинания и предприятия, где его индустриальный гений мог бы дальше продвинуть общество на пути к прогрессу и процветанию. И тогда, следуя его примеру, Билл и Уоррен, а также другие «попечители богоугодных заведений», сегодня выбрали бы иной путь.

Взгляды Баффета на политическую подоплеку богатства выражают классическую американскую точку зрения: свободное общество предоставило ему возможность, и ему повезло, что он оказался в правильном месте в нужное время с подходящими навыками, чтобы ею воспользоваться. Он считает, что один человек не должен владеть такими большими деньгами, и тем более передавать их по наследству. В демократическом обществе, где блага воздаются по заслугам, дети состоятельных людей уже имеют преимущества связей и образования. Династические состояния лишь еще больше сместят акценты в их пользу в то время, как общество должно стараться сделать поле игры более ровным для всех. «Им надо дать столько, чтобы они могли сделать все, что захотят, но не столько, чтобы они могли себе позволить ничего не делать» – любит он повторять свой афоризм.

Викторианский подход к миллиардам

Но Баффетт, публично выступающий против династий миллиардеров, невольно поспособствовал созданию филантропической династии, решив вложиться в и без того крупнейшую в мире благотворительную организацию с весьма традиционным полем деятельности. Подобный ход можно было бы ожидать от российского олигарха, но не от человека, который заворожил весь мир своим пониманием рыночной динамики, благодаря которому и накопил свое богатство. От нерядового интеллекта Гейтса и Баффетта можно было ожидать нерядового подхода к институту благотворительности, который со времен Карнеги пестреет пожертвованиями на помощь больным и голодающим в Африке, на строительство библиотек, больниц и университетов, носящих имя благодетелей, и на спонсорство культурных телепрограмм.

В свой викторианский век, когда благотворительность считалась более эффективным двигателем распределения благ в обществе, чем государственная машина, Карнеги лучше выдумать не смог. Но сегодня есть пример Джорджа Сороса с его проектом Open Society, благодаря которому платились зарплаты бывшим советским ядерщикам, чтобы они не продавали опасные рецепты неблагонадежным режимам. Есть Крэг Вентнер, который после проекта по изучению человеческого генома переключился на разработку альтернативного топлива. Есть, наконец, бывший соратник Гейтса по «Майкрософту» Пол Аллен, который мог бы участвовать в Фонде Билла и Мелинды Гейтс, но предпочел финансировать первый неправительственный пилотируемый полет в космос, который состоялся в октябре 2004 года.

Баффетт остался верен себе. Он всегда избегал вкладывать деньги в новые технологии, предпочитая акции Кока-Колы, Диснея и Жилетт. Как он обычно нацеливается на компанию, которую собирался приобрести, так он приглядывался к тому, насколько эффективно ведутся дела в Фонде Билла и Мелинды Гейтс. Он периодически играл в бридж со своим приятелем Биллом (они знакомы не первый десяток лет, и владеют большим количеством акций в компаниях друг друга) и обсуждал с ним свои благотворительные идеи.

” Делать деньги гораздо проще, чем их раздавать “

На пресс-конференции Баффетт объяснил свой выбор так: «Не логично ли в деле, которое ты решил осуществить, обратиться за помощью к тем, кто уже в нем поднаторел? Делать деньги гораздо проще, чем их раздавать».

Источник: журнал “EGO”  Украина (ego.com.ua)


Обсуждение:

Айгуль:

Хочу открыть благотворительный фонд.

Есть, что сказать? Оставь свой комментарий: